Новая адвокатская газета, 01.12.2017
«Конфликт интересов при вынесении решения третейским судом недопустим»
Кто строит в Петербурге, 20.11.2017
«Возрожденный «пересвет» ответит по гарантии»
Новая адвокатская газета, 15.11.2017
«Переуступка права как способ оплатить юруслуги»
Новая адвокатская газета, 07.11.2017
«Нельзя взыскать астрент, если решение суда неисполнимо»
DP.ru, 24.10.2017
«СИА Интернейшнл» подал иск к аптечной сети «Фармакор» на 538,5 млн рублей»
Ведомости, 02.10.2017
«Городской центр размещения рекламы ждет реорганизация»
Ведомости – Санкт-Петербург, 22.09.2017
«Застройщик судится за время»
Новая адвокатская газета, 22.09.2017
«Эстоппель как средство защиты от злоупотребления правом»
Эж-юрист, 20.09.2017
«Определить последствия за нарушение срока» 
Регфорум, 15.09.2017
«Расходы на проведение внесудебной экспертизы можно взыскать как убытки»

Страницы

07.02.2013
Юрист Компании, N 2 2013
10.11.2012
Юрист предприятия в вопросах и ответах, N 11, 2012

Страницы

Адвокатская газета, 14.03.2019

«Признание торгов недействительными не влечет ничтожность сделок, заключенных по их результатам»

Старший юрист корпоративной и арбитражной практики «Качкин и Партнеры» Ольга Дученко оценила выводы высшей судебной инстанции о том, что признание торгов недействительными не влечет ничтожность сделок, заключенных по их результатам, как неоднозначные.

Верховный Суд РФ напомнил, что, удовлетворяя требования прокурора, в том числе в интересах неопределенного круга лиц, следует конкретизировать восстановленное при этом право.

Эксперты «АГ» неоднозначно оценили выводы ВС. Одна из них полагает, что позиция Суда позволяет сохранить в силе договор, заключенный по результатам недействительных торгов, что равнозначно признанию действительным договора, заключенного без проведения торгов, когда таковые обязательны. Другая считает, что теперь суды станут чаще склоняться к позиции об оспоримости договора, заключенного на торгах, признанных недействительными.

5 февраля Верховный Суд РФ вынес определение по делу об оспаривании прокурором договора аренды земельного участка, заключенного по результатам торгов, проведенных с нарушениями.

В январе 2014 г. администрация Новокубанского района сдала в аренду Петру Сторчакову земельный участок, предназначенный для сельскохозяйственного производства. Стороны заключили договор аренды на основании проведенных торгов.

Спустя три года районный прокурор в интересах неопределенного круга лиц и муниципалитета обратился в суд с иском о признании договора аренды недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки, а также об аннулировании соответствующей записи в ЕГРН. В обоснование требований он ссылался на то, что организатор торгов, на основании которых был заключен спорный договор, нарушил порядок их проведения, опубликовав информацию о торгах в ненадлежащем печатном издании, что привело к ограничению круга потенциальных участников аукциона.

Суд удовлетворил требования прокурора; апелляция поддержала данное решение. При этом суды исходили из того, что оспариваемая сделка ничтожна, поскольку сообщение о проведении торгов было опубликовано не в местной газете, а в малотиражном приложении к ней; это нарушило принцип публичности и права неопределенного круга лиц.

Не согласившись с позицией судов, Петр Сторчаков обратился в ВС, Судебная коллегия по гражданским делам которого пришла к выводу об обоснованности жалобы.

Со ссылкой на п. 74 Постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 ВС напомнил, что сделка признается ничтожной, если она нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и законные интересы третьих лиц. При этом, вне зависимости от указанных обстоятельств, закон может предусмотреть оспоримость, а не ничтожность такой сделки или то, что к ней должны применяться другие последствия, не связанные с ее недействительностью (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

ВС также отметил, что согласно ст. 449 ГК (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) торги, проведенные с нарушением правил, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица. Это, в свою очередь, влечет недействительность договора, заключенного с победителем торгов. Таким образом, договор, заключенный по итогам проведения торгов, является оспоримой сделкой. Следовательно, как указала высшая судебная инстанция, при оспаривании сделки в рассматриваемом случае, независимо от доводов прокурора о нарушении прав неопределенного круга лиц, следовало применять положения п. 1 ст. 168 и п. 2 ст. 181 ГК.

Также ВС пояснил ошибочность вывода апелляции о нарушении оспариваемой сделкой п. 3 ст. 1 и п. 1, 2 ст. 10 ГК, поскольку для признания такой сделки недействительной в Кодексе есть специальная норма (ст. 449), которая и подлежала применению. Кроме того, подчеркнул ВС, нижестоящий суд, удовлетворив требования прокурора, в том числе в интересах неопределенного круга лиц, не указал, нарушение какого конкретного, а не абстрактного права неопределенного круга лиц было восстановлено.

В связи с этим ВС Определением № 18-КГ18-268 отменил постановление апелляционной инстанции, вернув ей дело на новое рассмотрение. При этом Суд указал, что при новом рассмотрении апелляция должна учесть п. 5 ПостановленияПленума ВС от 29 сентября 2015 г. № 43, согласно которому при обращении в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц исчисление срока исковой давности начинается с момента, когда лицо, в интересах которого подано такое заявление, узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску.

Комментируя «АГ» определение, адвокат АП г. Москвы Алина Емельянова отметила, что в нем сформулированы две правовые позиции. «В одной из них Суд указал на необходимость применения к сделкам, заключенным по результатам торгов, норм об оспоримости вне зависимости от того, посягает ли такая сделка на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, – пояснила она. – При этом ВС сослался на п. 2 ст. 168 ГК, предполагающий возможность признания сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта и при этом посягающей на публичные интересы либо права и законные интересы третьих лиц, оспоримой, если это следует из закона».

В то же время эксперт отметила спорность позиции Верховного Суда о том, что именно ст. 449 ГК, в соответствии с которой признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с победителем аукциона, и является таким специальным установленным законом случаем. «Тогда придется согласиться, что таким образом допускается возможность сохранить в силе договор, заключенный по результатам недействительных торгов, что равнозначно возможности признания действительным договора, заключенного без торгов, если их проведение обязательно», – полагает адвокат.

Вторая правовая позиция, как отметила Алина Емельянова, предполагает необходимость для лица, оспаривающего сделку в интересах третьих лиц, доказать, какие конкретные права этих лиц нарушаются сделкой и будут восстановлены за счет ее признания недействительной. «С этим подходом следует согласиться, поскольку он будет способствовать снижению количества необоснованно предъявляемых требований по данной категории дел», – считает она.

Старший юрист корпоративной и арбитражной практики АБ «Качкин и Партнеры» Ольга Дученко также оценила выводы высшей судебной инстанции как неоднозначные. «С одной стороны, действительно, в ст. 449 ГК установлено, что торги, проведенные с нарушением установленных законом правил, могут быть признаны недействительными по иску заинтересованного лица, – отметила эксперт. – С другой стороны, в ГК все же не отождествляются понятия “торги” и “заключенный на торгах договор”. Прокурором в рассмотренном деле был заявлен иск именно о признании недействительным договора аренды, а не торгов».

Юрист пояснила, что ранее в судебной практике не было единого подхода по вопросу квалификации договора, заключенного на торгах, признанных недействительными: «Превалирующей была точка зрения об оспоримости такого договора, но встречались и судебные акты с указанием на его ничтожность». В связи с этим Ольга Дученко предположила, что теперь суды чаще будут склоняться к позиции об оспоримости договора, заключенного на торгах, признанных недействительными.

Зинаида Павлова

Материал опубликован на сайте «Адвокатской газеты» 14.03.2019