Комментарии в СМИ
«Можно ли в договоре юриста с потребителем указывать цену не в твердом размере?»
Юлия Загинайко, старший юрист корпоративной и арбитражной практики АБ «Качкин и Партнеры» комментирует материал о гонораре юриста.
Самозанятый юрист помог клиенту получить долг. Юристу причиталось 20% от полученной суммы по условиям договора об оказании юридических услуг. Однако клиент отказался платить и решил оспорить условие о цене. Суды признали условие недействительным, поскольку в договоре с потребителем цена должна быть в твердой сумме в рублях. Юрист пожаловался в КС.
Гражданин заключил с самозанятым юристом договор об оказании юридических услуг для взыскания долга по двум исполнительным листам. Юрист обязался:
- изучить документы и проинформировать о вариантах погашения долга;
- сопровождать два исполнительных производства и процедуру банкротства должника;
- подготовить все необходимые документы.
Стороны определили стоимость услуг в размере 20% от суммы, которую получит гражданин по исполнительным листам.
Юрист оказал все услуги по договору, кроме того, привлек посредника, который убедил должника погасить долг полностью. В итоге гражданин получил всю сумму долга.
После этого гражданин направил юристу претензию, в которой:
- заявил о введении в заблуждение насчет цены услуг, по его мнению, она – неразумная, нефиксированная и завышенная;
- предложил заключить допсоглашение об оплате по цене, которая обычно взимается за аналогичные услуги.
Юрист отказался. Тогда гражданин подал иск к юристу и к лицу, которое приобрело денежное требование к гражданину по договору цессии, о признании недействительным условия о цене в договоре об оказании юридических услуг. Также он потребовал с юриста компенсацию морального вреда за нарушение его прав как потребителя и штрафа по п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей.
В обоснование иска гражданин указал, что договор был составлен в письменной форме уже после фактического оказания услуг; при подписании договора он думал, что цена услуг составляет 2% от суммы взысканного долга, а не 20%.
Юрист не признал иск. По его мнению, гражданин знал о цене услуг с самого начала, в договоре нельзя было указать фиксированную сумму, так как долг включал проценты, которые начислялись до дня фактического погашения. Юрист выполнил все обязательства, в результате чего с должника взыскана, по сути, безнадежная задолженность.
Позиции судов
Суд первой инстанции отказал в иске. Он решил, что стороны согласовали цену услуг. Гражданин знал, как она рассчитывается. Высокая итоговая стоимость услуг или указание цены в процентах от взысканной суммы сами по себе не свидетельствуют о введении в заблуждение и недействительности условия о цене.
Апелляция отменила решение первой инстанции и удовлетворила иск. Отношения сторон регулируются Законом о защите прав потребителей. Условие о цене не соответствовало абз. 4 п. 2 ст. 10 Закона о защите прав потребителей – в договоре не было цены в рублях и полной суммы к уплате. Информация о цене услуг была неполной.
Кассация согласилась с апелляцией, а ВС отказался рассматривать жалобу.
Жалоба в КС
Юрист пожаловался в КС и потребовал проверить конституционность следующих положений Закона о защите прав потребителей:
- абз. 4 п. 2 ст. 10 — требует указывать в информации о товарах (работах, услугах) цену в рублях, условия приобретения товаров (работ, услуг), при оплате после передачи товара (выполнения работы, оказания услуги) – полную сумму к выплате и график погашения этой суммы;
- п. 1 ст. 13 – устанавливает общее правило об ответственности изготовителя (исполнителя) за нарушение прав потребителей;
- п. 6 ст. 13 – предусматривает штраф в размере 50% от суммы, присужденной в пользу потребителя, за несоблюдение исполнителем добровольного порядка удовлетворения требований.
Также юрист оспаривал конституционность п. 1 ст. 1 Федерального закона от 21.12.2013 № 363-ФЗ, который ввел в действие актуальную редакцию абз. 4 п. 2 ст. 10 Закона о защите прав потребителей.
По мнению юриста, данные нормы не учитывают ситуацию, когда при заключении договора невозможно определить полную сумму, которую должен заплатить потребитель. В результате добросовестный исполнитель лишается права на оплату услуг исходя из способа определения цены, согласованного сторонами.
Позиция КС
КС признал, что абз. 4 п. 2 ст. 10 Закона о защите прав потребителей не соответствует Конституции в той мере, в какой он запрещает определять цену в договоре с потребителем не в виде полной фиксированной суммы, а с использованием формулы, если соблюдены следующие условия:
- этого требует специфика предмета договора;
- это соответствует интересам потребителя на момент заключения договора;
- исполнение договора увеличивает имущественную сферу потребителя, он не рискует неожиданными убытками;
- потребитель может без существенных затруднений достоверно понять цену и спрогнозировать предельный размер будущих затрат (в цену не заложены скрытые переменные).
В случае спора на исполнителе лежит обязанность доказать, что на момент согласования условия о цене:
- оно не нарушало интересы потребителя и соответствовало им;
- потребитель получил всю необходимую информацию о цене и мог оценить предельный размер затрат.
Подход, при котором допустима только твердая цена в рублях, не учитывает модели, где заранее сложно или невозможно указать такую цену. Например, при почасовой аренде автомобиля, оплате связи по факту, работе риелтора за процент от сделки или подряде с приблизительной сметой, в комиссионной торговле.
Цена может определяться как процент от денежных средств или иных благ, которые потребитель получит в результате исполнения договора. Если процент платится только после получения выгоды, то у потребителя нет фактических расходов, уменьшается только его доход.
КС также отметил, что Закон о защите прав потребителей может распространяться на правоотношения с участием самозанятых, если:
- их деятельность носит профессиональный, систематический и возмездный характер;
- у них существенно больше знаний, навыков и опыта, чем у потребителя;
- потребитель заведомо экономически слабее и зависимее.
Позиция КС не касается договоров о представлении интересов потребителя в суде по гражданскому, административному или уголовному делу.
Судебные акты по делу заявителя подлежат пересмотру. Производство по иным оспариваемым статьям прекращено.
Постановление КС от 27.10.2026 № 62-П
КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА
Юлия Загинайко, старший юрист корпоративной и арбитражной практики АБ «Качкин и Партнеры»
Проблематика определения вознаграждения за оказание юридических услуг в процентном отношении к полученному клиентом результату достаточно обширна и неоднократно становилась предметом рассмотрения высших судебных инстанций. При этом важно разграничивать способ определения цены юридических услуг и так называемый «гонорар успеха» – дополнительное вознаграждение, выплата которого зависит от достижения определенного результата.
Долгое время судебная практика придерживалась ограничительного подхода. Еще в Постановлении от 23.01.2007 № 1-П КС указал на недопустимость постановки выплаты вознаграждения в зависимость от принятия конкретного судебного решения, хотя и допускал определение цены услуг в процентах от цены иска. Впоследствии ВС в Определении от 30.09.2019 № 78-КГ19-32 указал, что определение вознаграждения за юридические услуги допустимо, но подчеркнул, что условие о выплате вознаграждения за достижение определенного результата должно быть согласовано ясно и недвусмысленно, а не подразумеваться в силу самого факта достижения положительного результата.
Практика постепенно становится более гибкой. Так, в Определении от 06.03.2026 № 305-ЭС25-13450 по делу № А40-5833/2024, включенном в Обзор судебной практики ВС № 2 (2026), ВС прямо признал возможность согласования «гонорара успеха» в договоре юридических услуг, подчеркнув, однако, что такое условие не может подразумеваться: стороны должны ясно определить, какой именно результат обусловливает выплату дополнительного вознаграждения.
Неоднозначность сохраняется и на уровне кассационных судов. Например, суд отказал во взыскании 1,74 млн рублей «гонорара успеха», рассчитанного как 10% стоимости активов, полученных клиентом по итогам спора о разделе имущества супругов. Суд исходил из того, что выплата такого вознаграждения поставлена исключительно в зависимость от исхода дела, не связана с оказанием дополнительных услуг, а исполнитель не обладает статусом адвоката в определении (Определение 2КСОЮ от 27.01.2026 № 88-1857/2026). Аналогичный ограничительный подход отражен в Определении 2КСОЮ от 26.02.2026 № 88–4819/2026.
Иная позиция изложена в Определении 3КСОЮ от 20.08.2026 № 88-13182/2026. По условиям договора стоимость второго этапа юридических услуг составляла 50% от присужденных клиенту неустоек и штрафа, а в обеспечение оплаты стороны заключили договор уступки соответствующей части будущего требования. Суд первой инстанции счел такую уступку прикрытием недопустимого «гонорара успеха». Однако апелляционный суд, с которым согласилась кассация, указал, что спорное условие определяет основную стоимость услуг в процентном отношении к присужденным суммам, а не предусматривает дополнительное вознаграждение за достигнутый результат.
На этом фоне Постановление КС от 27.10.2026 № 62-П имеет существенное практическое значение. КС подтвердил, что даже в отношениях с потребителями цена договора не обязательно должна устанавливаться в фиксированной сумме: при определенных условиях допустимо согласование формулы или процента от имущественной выгоды, получаемой клиентом. Ключевое значение имеют прозрачность расчета, соответствие такой модели интересам потребителя и возможность заранее оценить размер предстоящих расходов.
На практике это означает, что при согласовании переменного вознаграждения следует уделять особое внимание не столько форме определения цены, сколько содержанию условия и порядку его согласования с клиентом. В договоре целесообразно прямо закреплять процентную ставку, расчетную базу, момент возникновения обязанности по оплате.
Вместе с тем Постановление КС от 27.10.2026 № 62-П нельзя рассматривать как безусловное разрешение любых моделей «гонорара успеха». КС прямо исключил из сферы своей правовой позиции процессуальное представительство в суде, для которого сохраняют значение ранее сформировавшиеся подходы и специальные положения законодательства об адвокатуре.