Комментарии в СМИ

«Отсутствие почтового ящика по адресу юрлица – не основание считать сообщения недоставленными»

Юрист арбитражной и корпоративной практики АБ «Качкин и Партнеры» Антон Лалак комментирует определение Верхового суда о получении почтовой корреспонденции, содержащей юридически значимые сообщения.

Верховный Суд подчеркнул, что осуществление доставки почтовых отправлений для юрлица и его намерение на получение направленной в его адрес корреспонденции предполагают обязательное наличие у него почтового ящика по адресу для доставки.

Один из экспертов подчеркнул, что достаточно часто встречаются ситуации, когда юридическое или физическое лицо совершают действия, направленные на уклонение от получения почтовой корреспонденции, содержащей юридически значимые сообщения, что приводит к затягиванию или невозможности реализации добросовестными лицами своих прав. Другой отметил, что доставка юридически значимых сообщений и связанные с этим последствия всегда были и продолжают оставаться актуальной проблемой правоприменения.

Верховный Суд опубликовал Определение № 305-ЭС21-22567 от 25 февраля по делу № А40-231307/2020, в котором рассмотрел спор о выполнении участниками общества обязанностей по уведомлению других участников о своих намерениях продать принадлежащие им доли.

Продажа долей в компании

22 июля 2020 г. Мирослава Старостина и Анна Агаева, являющиеся участниками ООО «МИАС», направили по юридическому адресу общества нотариально удостоверенные оферты о намерении продать принадлежащие им доли в компании. Оферты поступили в почтовое отделение 25 июля, а 28 июля по причинам, не зависящим от почтовой службы, состоялась неудачная попытка вручения писем обществу; извещения о поступлении корреспонденции были опущены в почтовый ящик организации, находящийся на посту ее службы охраны. В связи с истечением предельного срока хранения корреспонденции в отделении почтовой связи 26 августа 2020 г. оферты были высланы обратно отправителям.

Обществом за весь период срока хранения корреспонденции не предпринималось попыток ее получения. Мирослава Старостина и Анна Агаева, считая свои обязанности по уведомлению других участников и общества о своих намерениях надлежаще выполненными, 4 сентября 2020 г. заключили с Артуром Саенко ДКП принадлежащих им долей в уставном капитале общества в размере по 25% номинальной стоимостью 1,5 млн руб. Согласно условиям ДКП, стоимость каждой доли составляет 65 млн руб., расчет между сторонами должен быть произведен путем перечисления половины суммы с использованием аккредитива и передачи другой половины денежных средств наличными.

Полагая, что Мирослава Старостина и Анна Агаева нарушили преимущественное право на приобретение отчуждаемых ими долей, другие участники общества – Ольга Блинова и Виктория Битейкина – обратились в суд. Они указывали на нарушение порядка уведомления ответчиками о своем намерении, полагая, что оферта в адрес общества ими не направлялась, в связи с чем допущено нарушение п. 5 ст. 21 Закона об ООО.

Суды посчитали, что продавцы нарушили права иных участников компании

11 февраля 2021 г. суд признал иск обоснованным, на Ольгу Блинову и Викторию Битейкину были переведены права и обязанности покупателей по ДКП доли в уставном капитале общества в размере по 25% номинальной стоимостью 1,5 млн руб. Апелляция и кассация согласились с данным решением. При этом суды руководствовались ст. 165.1 ГК РФ, ст. 21 Закона об ООО, п. 34 Правил оказания услуг почтовой связи, учли разъяснения, содержащиеся в п. 67 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25, и положения Устава общества. Они исходили из того, что договоры купли-продажи долей в уставном капитале общества заключены ответчиками до истечения 30 дней с момента получения соответствующей оферты обществом, в связи с чем нарушено преимущественное право истцов на приобретение спорных долей.

Указанный законом тридцатидневный срок, предусматривающий преимущественное право покупки доли в уставном капитале общества, суды исчислили с момента истечения срока хранения заказного почтового отправления в отделении почтовой связи по адресу регистрации общества. Суды обосновали это тем, что адресат корреспонденции, доставляемой в соответствии с Правилами оказания услуг почтовой связи, вправе получить адресованную ему корреспонденцию в пределах этого срока.

Поскольку корреспонденция с содержащимися в ней офертами была возвращена продавцам долей за истечением срока хранения 26 августа 2020 г., то уведомление, по мнению судов, может считаться доставленным обществу лишь в эту дату и именно с этого момента надлежит исчислять тридцатидневный срок на преимущественное право покупки доли в уставном капитале общества. В связи с этим, указывая, что спорные ДКП долей в уставе общества заключены ответчиками 4 сентября 2020 г., то есть через 9 дней после начала исчисления тридцатидневного срока, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

С кассационной жалобой в Верховный Суд обратился Артур Саенко, он просил отменить обжалуемые судебные акты, ссылаясь на нарушение судами норм материального права, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении иска отказать, либо направить дело на новое рассмотрение.

ВС напомнил, когда почтовое сообщение считается доставленным

Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда напомнила, что в соответствии с п. 5 ст. 21 Закона об ООО участник общества, намеренный продать свою долю или часть доли в уставном капитале общества третьему лицу, обязан известить в письменной форме об этом остальных участников общества и само общество. Сделать это он должен путем направления через общество за свой счет нотариально удостоверенной оферты, адресованной этим лицам и содержащей указание цены и других условий продажи. Оферта о продаже доли или части доли в уставном капитале общества считается полученной всеми участниками общества в момент ее получения обществом. ВС указал, что направленная Мирославой Старостиной и Анной Агаевой оферта о продаже доли соответствует требованиям, установленным п. 5 ст. 21 Закона об ООО, возражений по ее содержанию не имелось.

Проанализировав Устав общества, Суд подчеркнул, что его положения о порядке уведомления о продаже доли участником не противоречат вышеуказанной норме и не содержат условия об ином способе извещения о таком намерении участника, как через само общество.

ВС выяснил, что в октябре 2020 г. общество обратилось в почтовое отделение по месту своего нахождения с требованием о проведении служебного расследования по отправлениям Мирославы Старостиной и Анны Агаевой, ссылаясь на то, что их не получало. Представитель истцов в судебном заседании указал, что почтового ящика у общества не имеется, в журнале поста охраны сведений о попытке вручения извещения не содержится. На данное обращение общества руководителем отдела по работе с обращениями УФПС Тверской области был дан ответ, что 28 июля 2020 г. при попытке доставки почтальоном извещений по адресу общества на месте не оказалось доверенного лица компании, они были опущены в почтовый ящик, находящийся на посту охраны.

Судебная коллегия ВС подчеркнула, что законом предусмотрено, что сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 2 ст. 165.1 ГК РФ). Обращаясь к разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления № 25, ВС указал, что судам необходимо учитывать, что юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве ИП, или юрлицу, направляется по адресу, указанному соответственно в ЕГРИП или в ЕГРЮЛ, либо по адресу, указанному самим ИП или юрлицом.

Верховный Суд уточнил, что юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абз. 1 и 2 настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу. Ссылаясь на п. 67 Постановления № 25, Суд добавил, что бремя доказывания факта направления (осуществления) сообщения и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение.

Исходя из изложенного, Верховый Суд установил, что следовало проверить обстоятельства о соблюдении своих обязательств как лицом-отправителем по направлению юридически значимого сообщения, так и адресатом по получению направленной в его адрес корреспонденции.
ВС указал, что судами установлены обстоятельства направления юридически значимых сообщений (оферты) по юридическому адресу общества, поступивших в обслуживающее его почтовое отделение, которые не опровергнуты истцами по делу. При правовой оценке факта неполучения обществом отправления суды должны были установить возможность или отсутствие возможности его получения по обстоятельствам, зависящим от него самого, влияющим на признание сообщения доставленным.

«Осуществление доставки почтовых отправлений для юрлица и его намерения на получение направленной в его адрес корреспонденции предполагают обязательное наличие у него почтового абонентского ящика по адресу для доставки (вручения) всех почтовых отправлений», – отмечено в определении. Отсутствие данного ящика влечет для юрлица не только невозможность их получать, а также в силу закона – риск негативных последствий неполучения юридически значимых сообщений по обстоятельствам, зависящим от него, и признание факта их доставки. Суд посчитал, что довод общества об отсутствии у него почтового абонентского ящика как причина невручения ему извещения и, соответственно, неполучения оферты не может быть обоснованным, поскольку не влияет на применение положений ст. 165.1 ГК РФ.

ВС подчеркнул, что, как следует из официального ответа руководителя отдела по работе с обращениями УФПС Тверской области, отправления в адрес общества были опущены в почтовый ящик, находящийся на посту охраны. Данный документ имеется в материалах дела, но своей должной правовой оценки у судов не получил, факт доставки отправлений не был опровергнут.

Экономколлегия обратила внимание, что истечение периода хранения корреспонденции судами принято за момент доставки отправлений в адрес общества. Однако Правила оказания услуг почтовой связи, определяя условия хранения и возврата не полученной адресатами корреспонденции, не регламентируют порядок ее получения адресатом в этот период, предусматривая основания для возврата, не зависящие от адресата. Судами, как заметил ВС, не принято во внимание, что сам закон с учетом необходимости обеспечения получения юридически значимых сообщений, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, признает сообщение доставленным (фикция доставки) и в отсутствие самого этого факта, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но не было вручено по вине адресата, возлагая тем самым риск последствий его неполучения на само юридическое лицо.

Возврат почтового отправления по окончании срока хранения, о поступлении которого обществу, как оно утверждает, не было известно, не мог уже зависеть от отправителя и тем самым влиять на увеличение периода доставки, отметил Суд. Он пояснил, что указанная норма права позволяет применить фикцию доставки только в случае, когда юридически значимые сообщения не были вручены по обстоятельствам, зависящим от адресата, то есть связанным с их получением по месту нахождения лица, в настоящем случае – посредством опускания извещения в почтовый ящик, имеющийся у общества для получения корреспонденции.

В определении ВС указано, что Конституционный Суд РФ неоднократно разъяснял применение положений п. 1 ст. 165.1 ГК РФ, которые устанавливают, что момент, с наступлением которого для лица возникают гражданско-правовые последствия, связанные с юридически значимым сообщением, определяется моментом доставки такого сообщения лицу или его представителю. Данная норма приравнивает к доставке сообщения его поступление лицу, которому оно направлено (адресату), но не было вручено по зависящим от этого лица обстоятельствам или которое не ознакомилось с этим сообщением (определения КС РФ от 23 апреля 2020 г. № 950-О, 27 марта 2018 г. № 645-О, от 25 апреля 2019 г. № 931-О и др.).

Верховный Суд указал, что подход, изменяющий установленные законом сроки соблюдения порядка отчуждения доли посредством иного толкования момента доставки юридически значимых сообщений, нарушает права участников общества, имеющих цель реализовать свои права и заключить договор отчуждения принадлежащих долей, а также вносит неопределенность в спорные правоотношения.

Поскольку возложение на участников общества обязанностей по отслеживанию вручения своей оферты законом не предусмотрено, а также с учетом установленных судами обстоятельств по совершению ими надлежащих действий по отправлению своих оферт – в их поведении Верховный Суд не усмотрел признаков недобросовестности. В связи с этим он посчитал необоснованным признание судами нарушенным порядка отчуждения участниками общества принадлежащих им долей при несовершении самим обществом действий, связанных с получением направленной в его адрес средствами почтовой связи оферты.

Кроме того, ВС отметил, что суды, признавая иск обоснованным, сочли, что, поскольку ответчики не заявляли об отсутствии оплаты истцами спорных долей за заявленную в договоре сумму, иск по делу об оспаривании порядка заключения сделок обоснован созданием его видимости ответчиками, перевод прав и обязанностей покупателей на истцов в связи с нарушением преимущественного права покупки, по сути, возможен в отсутствие установления факта оплаты истцами спорных долей.

В этой части Верховный Суд обратил внимание, что заявитель в поданной кассационной жалобе указывал на наличие в материалах дела представленных им доказательств оплаты приобретаемых долей, в связи с чем перевод на истцов прав и обязанностей покупателей в связи с нарушением преимущественного права покупки в случае удовлетворения таких требований возможен только при возмещении покупателю оплаченной им стоимости приобретенной доли, в противном случае это влечет неосновательное обогащение за счет другого лица.

ВС добавил, что доводы заявителя основаны на п. 4 Обзора судебной практики ВС РФ № 4 (2020), утвержденного Президиумом ВС РФ 23 декабря 2020 г., в котором дано толкование реализации указанного способа защиты, предусматривающего необходимость проверки факта оплаты долей.

Таким образом, Верховный Суд посчитал, что выводы нижестоящих судов по настоящему делу нельзя признать законными и обоснованными, поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального права. ВС отменил решения трех судебных инстанций, направив дело на новое рассмотрение в АС г. Москвы.

Эксперты оценили разъяснения Суда

Адвокат, руководитель практики коммерческих споров Московской коллегии адвокатов «Князев и партнеры» Юрий Умрихин отметил, что ВС достаточно четко определяет порядок применения положений п. 1 ст. 165.1 ГК РФ и с его позицией нельзя не согласиться. «Проблема направления и получения юридически значимых сообщений является актуальной не только в контексте рассматриваемого кейса. Достаточно часто встречаются ситуации, когда юридическое или физическое лицо совершают действия, направленные на уклонение от получения почтовой корреспонденции, содержащей юридически значимые сообщения, что приводит к затягиванию или невозможности реализации добросовестными лицами своих прав», – поделился адвокат.

По мнению эксперта, ключевым в данном определении является то, что Верховный Суд указал, что при рассмотрении подобного спора необходимо установить намерение лица на получение направленной в его адрес почтовой корреспонденции, в отсутствие которого данное лицо будет нести риск негативных последствий ее неполучения. Таким образом, при рассмотрении споров, связанных с направлением юридически значимых сообщений, стороне, не получившей надлежащим образом направленную в ее адрес корреспонденцию, придется доказывать совершение ей всех необходимых действий, неоспоримо подтверждающих намерение на получение почтовой корреспонденции, пояснил Юрий Умрихин.

Юрист арбитражной и корпоративной практики АБ «Качкин и Партнеры» Антон Лалак подчеркнул, что доставка юридически значимых сообщений и связанные с этим последствия всегда были и продолжают оставаться актуальной проблемой правоприменения. Рассмотренное Верховным Судом дело – дополнительное тому подтверждение, отметил он.

По мнению Антона Лалака, позиция ВС РФ в определенном смысле оправдана, однако вызывает вопросы применительно к уже сложившейся судебной практике, в том числе правовым позициям Пленума ВС РФ. Эксперт полагает, что, по всей видимости, с подходом ответчиков по делу согласился нотариус, который удостоверял договор купли-продажи спорных долей.

Антон Лалак указал, что ВС РФ пришел к выводу о том, что если у общества с учетом установленных обстоятельств дела в принципе отсутствует возможность получить сообщение, то сообщение должно быть признано доставленным надлежащим образом. В целом, по его мнению, с таким подходом можно согласиться, поскольку в п. 67 Постановления Пленума № 25 действительно прямо не указано, что сообщение считается доставленным именно в момент истечения срока его хранения. «Нерешенным наверняка остается следующий вопрос: в аналогичных делах какая дата будет признаваться датой доставки сообщения для целей исчисления сроков для реализации преимущественного права? По всей видимости, в качестве такой даты по общему правилу может быть принята дата доставки сообщения в почтовое отделение по месту нахождения адреса. Однако это еще предстоит проверить», – прокомментировал эксперт.

Антон Лалак обратил внимание, что юридическим лицам следует более внимательно относиться к вопросу получения корреспонденции. Смысл указания в ЕГРЮЛ адреса общества заключается именно в обеспечении возможности связаться с обществом, о чем было сказано еще в Постановлении Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 61, указал эксперт. «Это же и является наиболее спорным моментом в позиции ВС РФ – с моей точки зрения, также допустимо признать, что совершение всех действий, направленных на обеспечение получения корреспонденции, зависит от самого общества, то есть в целом предложенная ВС РФ конструкция “невозможности повлиять на получение сообщения” может быть поставлена под сомнение», – резюмировал Антон Лалак.

Анжела Арстанова

Материал опубликован на сайте «Адвокатской газеты» 14.03.2022

Кирилл Саськов

Адвокат
Партнер
Руководитель корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD
Антон Лалак

Адвокат
Старший юрист корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD
Кирилл Саськов

Адвокат
Партнер
Руководитель корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD
Антон Лалак

Адвокат
Старший юрист корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD

ПРОЕКТЫ