Блог

Болезненный трудоголизм. Компании привлекают к ответственности носителей вируса

Комментирует возможность привлечения работодателем сотрудника к ответственности за заражение коллег Ольга Дученко, адвокат, старший юрист корпоративной и арбитражной практики АБ «Качкин и Партнеры».

Работодатели, чьи сотрудники заболели COVID-19, привлекают к ответственности тех, кто пришел на работу с признаками простуды и, возможно, всех заразил. В то же время во множестве российских компаний приветствуется практика приходить на работу больным, если того требует работа, иначе ты не командный игрок.

В одной из компаний сотрудник пришел на работу с признаками ОРВИ, отказался на входе измерять температуру и надевать маску, и несмотря на просьбы руководства покинуть рабочее место, остался в офисе. Компания небольшая, практически все сотрудники трудятся в одном помещении. Спустя некоторое время большая часть работников заболела, в том числе и нарушитель, а один человек умер. Причина смерти – COVID-19. Руководство компании написало заявление в полицию о привлечении к ответственности того самого работника, который пришел на работу больным. Заявления написали и работники, которые посчитали себя пострадавшими в этой истории.

В российском законодательстве ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил (а ситуация с коронавирусом именно об этом) прописана в ст. 236 УК РФ. Преступлением считается нарушение правил, повлекшее по неосторожности массовое заболевание людей либо создавшее угрозу наступления таких последствий (часть 1 статьи), из-за которого по неосторожности наступила смерть человека (часть 2), смерть двух или более лиц (часть 3). Наказание предусмотрено как в виде штрафов, так и уголовной ответственности. И распространяется оно как на юридические лица, так и на граждан. Более того, с 1 апреля 2020 года в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП РФ) были внесены дополнения в статью 6.3, которыми установлена административная ответственность за нарушение карантина и режима самоизоляции.

Статья 236. Нарушение санитарно-эпидемиологических правил

  1. Нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности массовое заболевание или отравление людей либо создавшее угрозу наступления таких последствий, наказывается штрафом в размере от 500 тыс. до 700 тыс. рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до восемнадцати месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от одного года до трех лет, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок.
  2. Нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности смерть человека, – наказывается штрафом в размере от 1 млн рублей до 2 млн рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо ограничением свободы на срок от двух до четырех лет, либо принудительными работами на срок от трех до пяти лет, либо лишением свободы на тот же срок.
  3. Нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц, – наказывается принудительными работами на срок от четырех до пяти лет либо лишением свободы на срок от пяти до семи лет.

По апрельским публикациям СМИ известны несколько случаев в стране, когда по ст.236 УК привлекались граждане за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, в том числе в Петербурге и Ленобласти. Но чтобы работодатель выступал инициатором привлечения к ответственности работника, пока слышать не доводилось, говорит Ольга Дученко, адвокат, старший юрист корпоративной и арбитражной практики адвокатского бюро «Качкин и Партнеры». По ее словам, работодатель может привлечь сотрудника к дисциплинарной и материальной ответственности, но если речь идет об административном правонарушении или уголовном преступлении, то доводить дело до суда будет уже не компания, а государство. «Но работодатель может инициировать процесс, обратившись с соответствующим заявлением в компетентные органы», – уточняет Ольга Дученко.

При этом она не исключает, что с учетом ужесточения ответственности за нарушение санитарно-эпидемиологических правил (например, если раньше штраф по ч.1 ст. 236 ограничивался 80 тыс. рублей, то теперь доходит до 700 тыс. – Ред.), и ухудшения эпидемиологической ситуации, в судебной практике может появиться немало случаев привлечения работников к ответственности по ст. 236 УК РФ и ст. 6.3 КоАП РФ. Правда, при расследовании могут возникнуть сложности. «Ведь нужно будет доказать наличие причинно-следственной связи между появлением больного сотрудника на рабочем месте и смертью коллеги. А с учетом того, что у работодателя есть обязанности по охране труда и он должен предпринять меры, направленные на недопущение нарушения санитарно-эпидемиологических правил работниками, если произойдет заражение коллег из-за того, что один из работников пришел на работу больным, это может обернуться проблемами и для работодателя», – поясняет Ольга Дученко.

Пока случай, описанный в начале статьи, скорее исключение из правил. Большинство работодателей не хотят или не знают, как использовать статью уголовного кодекса. По словам Ольги Чумакиной, партнера компании CordisON, специализирующейся на консалтинге в том числе в области управления человеческими ресурсами, это не означает, что нет другой возможности привлечь к ответственности нарушителя порядка. Конечно, заразиться человек может где угодно. Но лучше исключить из этого перечня место работы.

Ольга Чумакина рекомендует издать локальный нормативный акт, регулирующий порядок соблюдения санитарно-гигиенических норм на рабочих местах и в офисе работодателя в период угрозы распространения короновируса. В нем прописать места, где работник может находиться без маски, например, его персональный кабинет. Прописать меры, которые предпринимает компания для защиты: обеспечение масками, перчатками, измерение температуры и т.п. Прописать зоны, где нахождение в средствах защиты обязательно, и т.д. Ознакомить с актом работника под роспись.

«Многие арендодатели сейчас предупреждают арендаторов о штрафах, если их работники нарушают санитарные правила, – напоминает Ольга Чумакина. – Эта информация также доводится до сведения работника. И в случае нарушения работником этих правил и требований он уже находится в зоне материальной ответственности, в зоне доказательств, что он нарушил нормы». Здесь задача работодателя – оформить нарушение. Необходимо попросить письменное объяснение от работника. И, если в нем нет упоминания о медицинских противопоказаниях для ношения СИЗ, можно применить дисциплинарную ответственность, вплоть до расторжения трудового договора, напоминает эксперт. «Работник, предоставляя медицинское заключение о том, что ему противопоказано ношение маски, при этом не обязан говорить о диагнозе, – уточняет Ольга Чумакина. – Для работодателя достаточно просто справки, в которой указано, что работнику запрещено ношение средств индивидуальной защиты, перекрывающих органы дыхания, но в период коронавируса можно пользоваться другими. Какими именно – должно быть указано».

Вообще, ситуация с соблюдением эпидемиологических норм, сложившаяся в период пандемии, высветила давнюю проблему российских работодателей. В большинстве российских компаний приход работника, когда он болен, особенно если речь идет об авральных для бизнеса периодах, – считается нормой.

«Как в Японии 13-14 часовой рабочий день считается нормой для хорошего работника, так и в России практически стало традицией ходить больным на работу. Когда работник в любом состоянии выходит на работу, ему это ставится в заслугу, мол, «даже больной» он не бросает процесс, – говорит Ольга Агапова, эксперт с 15-летним опытом работы в HR в различных сферах бизнеса. – Это реалии нашего времени. На обзорах талантов при выборе кандидатов на кадровые перемещения большинство работодателей отталкивается от того, как сотрудник себя показал в сложной ситуации, насколько он лоялен и вовлечен в бизнес-процессы. И, зачастую, всплывают именно случаи поведения работника в сложный для него период (болезнь) и реакция на авральные процессы».

Отчасти это подтверждает и статистика. Так, согласно опросу hh.ru, за последние полгода почти каждый пятый из числа сотрудников, взявших больничный (а таковых 22% респондентов), работал в этот период в полную силу (16%), каждый третий частично занимался решением рабочих вопросов (34%). В основном, респонденты объясняют это тем, что некоторые задачи требовали их непосредственного участия (64%). Остальные либо работали по собственной инициативе (36%), либо по требованию руководства (21%). В период пандемии чаще всего работали на больничном маркетологи (71%), IT-специалисты (64%), бухгалтеры (60%), административный персонал (54%), представители сферы продаж (51%), работники производства (40%), транспорта и логистики (30%), а также начинающие специалисты (28%), сообщается в исследовании hh.ru.

Конечно, причина подобного трудоголизма кроется и в корпоративной культуре, и в самих работниках, которые не хотят терять в доходах, беря больничные. И все-таки Ольга Агапова считает, что главным образом, это происходит из-за принятых в компаниях установках – если работник не в больнице, то может работать, а иначе ты не командный игрок. «Чтобы изменить эту порочную практику, работать надо не с «трудоголиками», а с руководителями таких сотрудников, – уверена эксперт. – Годами поощряемая, а иногда насильно внедряемая практика не уйдет по мановению волшебной палочки»

По мнению Ольги Агаповой, если бы компании удалось привлечь сотрудника к ответственности, это, возможно, стало бы живым уроком и работодателям с определенной корпоративной культурой, и работникам, наплевательски относящимся к своему здоровью и окружающих. «Возможно, это прозвучит жестко, но человек, поступивший таким образом, должен понимать уровень ответственности за совершенное действие, – говорит Ольга Агапова. – Я думаю, подобные судебные разбирательства не будут единичными. Сейчас уровень безопасности для сотрудников по опросам начинает доминировать над фактором заработной платы и публичное распространение подобной информации будет сказываться на изменении отношения к поощрению «болезненного трудоголизма». Хотя хочется думать и все-таки верить, что уровень осознанности будет повышаться не только увеличением количеством судебных дел, но прежде всего, за счет развития подходов к управлению. И в этом как раз роль HR очень значима. Ведь кто как не мы, в курсе всех особенностей бизнеса и сотрудников в нем».

Анжелика Тихонова

Материал опубликован на сайте издания «Новый проспект» 20.10.2020

ПОДЕЛИТЬСЯ

Кирилл Саськов

Адвокат
Партнер
Руководитель корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD
Ольга Дученко

Адвокат
Старший юрист корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD
Кирилл Саськов

Адвокат
Партнер
Руководитель корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD
Ольга Дученко

Адвокат
Старший юрист корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD

ПРОЕКТЫ