Комментарии в СМИ

«Экономколлегия ВС решила, какую зарплату может получать гендиректор»

Кирилл Саськов, партнер, руководитель корпоративной и арбитражной практики «Качкин и Партнеры», отмечает, что в условиях корпоративного конфликта договоренности участников о повышении зарплаты одного из них могут использовать как инструмент давления.

В компании было два участника: один владел 66,7% долей, другому принадлежало 33,3% долей. Мажоритарий к тому же занимал пост генерального директора фирмы. Пользуясь своим положением, он увеличил себе зарплату до 2,6 млн руб. и назначил премию в размере 5% от чистого дохода компании. Бизнес-партнёр был с этим не согласен и обратился в суд. Три инстанции вынесли разные решения. Они изучили рыночные зарплаты в этой отрасли и компетенцию директора. Но Верховный суд указал, что надо было решать дело совсем по-другому.

В малом и среднем бизнесе учредители нередко занимают руководящие должности в компании, но чаще всего генерального директора. Тогда они получают дивиденды как участники, а зарплату с премией – как работники. И могут воспользоваться своим положением, чтобы вывести часть прибыли под видом оплаты труда, чтобы не делить эти деньги с другими учредителями. На практике эту идею воплощают в разных вариантах, говорит руководитель практики ФБК Право Александра Герасимова: «Это может быть высокая зарплата директора, одного из его родственников или друзей».

Другие учредители, которые недовольны таким положением вещей, имеют право пожаловаться в суд. Но большая зарплата – это необязательно злоупотребление и вывод прибыли. Она может быть вполне обоснованная, учитывая объём задач и ответственность генерального директора. Поэтому всё же нужно разграничивать случаи, когда участник-директор злоупотребляет правом, устанавливая самому себе баснословные гонорары, и случаи, когда это вполне обоснованные и разумные суммы, подчёркивает Айнур Ялилов, партнёр Шаймарданов, Ялилов и Сабитов. Здесь перед судами встаёт сложная задача определить законность выплат. Для этого они чаще всего оценивают рыночный уровень зарплат, изучают квалификацию работника и круг его обязанностей, рассказывает Герасимова. Но Верховный суд в одном из недавних споров проявил другой подход, который может поменять вектор рассмотрения таких споров, говорит эксперт.

В деле № А41-6748/2018 суды решали конфликт двух учредителей компании, которая занималась управлением коммерческой недвижимостью в Московской области. Владелец 33,3% долей ООО «УниверсалРесурс» Галия Серажетдинова подала в суд на владельца 66,7% долей, а также генерального директора компании Олега Волина. Она требовала, чтобы бизнес-партнёр вернул 26,2 млн руб. зарплаты и премий. В 2012–2017 годах гендиректор получал от 500 000 руб. до 1 млн руб., но в начале января 2017-го включил в повестку собрания увеличение оклада до 2,3 млн руб. Серажетдинова тогда не участвовала в собрании. Волин-учредитель единолично проголосовал в пользу Волина-гендиректора. Через год, в самом конце декабря, он опять поставил вопрос об увеличении зарплаты. Тогда Серажетдинова проголосовала против. Но поскольку она была миноритарием, всё опять решил голос Волина. Он утвердил себе зарплату в размере 2,6 млн руб., а также премию – 5% от чистой прибыли предприятия за год.

  • 2012–2016 годы: гендиректор компании получал 500 000–1 млн руб. в месяц;
  • январь 2017 года: зарплата гендиректора увеличилась до 2,3 млн руб.;
  • декабрь 2017 года: зарплата гендиректора увеличилась до 2,6 млн руб. плюс премия в 5% от чистой прибыли.

Увеличение зарплаты как сделка с интересом

Серажетдинова отправилась в суд. Там она потребовала, чтобы Волин вернул всё неправомерно полученное, потому что трудовые выплаты фактически маскировали распределение чистой прибыли. Представитель истца, управляющий партнёр АБ Бобров, Толстов и партнеры Максим Бобров, просил признать недействительными оба увеличения зарплаты как сделки с заинтересованностью, которые не одобрялись в порядке ст. 45 закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Этот закон применил АС Московской области. Он рассудил так: Серажетдинова не согласилась на увеличение зарплаты, а Волин, являясь директором, был заинтересован в спорных сделках. Следовательно, действует презумпция причинения ущерба обществу.

Волин убеждал суд в том, что зарплата рыночная, и представил отчёт от АО «Антал Раша», согласно которому зарплата директоров в секторе недвижимости – от 950 000 руб. до 2,7 млн руб. Но судью Павла Машина это не убедило: для сравнения взяли столичные компании, а не подмосковные, из отчёта было непонятно, какой у них масштаб деятельности и какая квалификация у руководства. Серажетдинова, наоборот, доказывала, что зарплата Волина завышена, и представила в дело три отчёта от компаний «Корнерстоун», «Кроу Русаудит» и «Хейз Спешиалист Рекрутмент» (конкретные цифры не приводятся). Здесь регион, масштаб бизнеса и квалификация управленцев были сопоставимы с «УниверсалРесурсом», поэтому АС Московской области принял эти доказательства к сведению. «Сделки нарушают права общества, потому что зарплата завышена относительно рынка», – такой вывод сделала первая инстанция.

10-й ААС отменил это решение и решил, что ущерб не доказан. Отчёты истца не являются однозначным доказательством превышения рыночного уровня, потому что в деле есть отчёт от ответчика с противоположными выводами, указала коллегия под председательством Виктории Муриной. Она отметила, что зарплата не должна отвечать рыночному уровню, ведь она устанавливается индивидуально, компании разные, все ведут бизнес по-своему. В уставе «УниверсалРесурса» нет никаких ограничений на этот счёт. Истец не доказал, что квалификация или навыки Волина не соответствуют уровню зарплаты, что он не выполнял (или плохо выполнял) свою работу. Апелляция учла и то, что прибыль компании под началом Волина растёт. Например, за I квартал 2018-го чистая прибыль составила 32,8 млн, а за тот же период 2017 года – 6 млн руб. С решением в пользу Волина согласился и АС Московского округа.

Надо проверять сделки на «разумную необходимость»

Но компетенция директора и рыночный уровень зарплат не играют ключевой роли в споре, указал Верховный суд, который принял к рассмотрению жалобу Серажетдиновой. Чтобы добиться признания сделок недействительными, надо доказать, что их заключили в ущерб интересам общества. А составной частью интереса общества является интерес участника. Поэтому недействительными являются сделки, которые пусть даже не навредили обществу, но не являются «разумно необходимыми», были совершены в интересах только одной части участников, а другим, несогласным, причинили неоправданный вред, говорится в определении экономколлегии.

«Нельзя заключать сделки, которые пусть даже не навредили обществу, но не являются «разумно необходимыми» и совершены в интересах только одной части участников, а другим, несогласным, причинили неоправданный вред», – экономколлегия ВС.

Как разъяснила тройка судей под председательством Натальи Чучуновой, само по себе распределение прибыли в виде зарплат или процентов по займу законно, если остальные участники на это согласны или сами фактически получают свою часть. Но три инстанции вообще не оценили довод Серажетдиновой, что под видом зарплаты Волин получал чистую прибыль в обход второго участника. Это предстоит сделать АС Московской области, куда спор направили на новое рассмотрение.

Эксперты «Право.ru» об опасной презумпции

Согласно позиции Верховного суда, разумная и экономически обоснованная сделка может причинять ущерб интересам компании, если влияет на фактическое распределение прибыли между участниками, считает Роман Пархоменко из Pen & Paper. По его мнению, ВС фактически установил презумпцию причинения ущерба обществу от любой сделки в пользу одного или нескольких участников, если она совершена без согласия остальных. «Ведь любая или почти любая такая сделка влияет на распределение прибыли между участниками», – рассуждает Пархоменко.

Кирилл Саськов, партнёр АБ Качкин и партнеры:

«Необходимо понимать, что в условиях корпоративного конфликта договорённости участников о повышении зарплаты одного из них (директора общества) могут использовать как инструмент давления. При условии, что такие договорённости не оформили надлежащим образом и они не прошли корпоративного одобрения».

По его словам, непонятно, как опровергать эту презумпцию, а ВС не даёт критериев по определению разумной необходимости сделки и степени оправданности вреда другим участникам. Кроме того, ВС не разъяснил, как оценивать размер зарплаты руководителя, надо ли принимать во внимание экономические показатели компании, сравнивать ли со средней зарплатой, добавляет советник Saveliev, Batanov & Partners Юлия Михальчук. На эти вопросы ответит суд при новом рассмотрении дела, говорит Михальчук.

Вместе с тем позиция ВС может увеличить вероятность удовлетворения исков о взыскании убытков с топ-менеджмента в условиях корпоративного конфликта в компании, полагает Наталья Касаткина из S&K Вертикаль.

Как организовать прибавку к зарплате директору-учредителю правильно, рассказала Герасимова из ФБК-Право. Она перечислила признаки добросовестной сделки:

  • увеличение заработной платы согласовали с незаинтересованными участниками;
  • им представили информацию о сделке;
  • договор или допсоглашение подписаны незаинтересованным участником или иным незаинтересованным лицом, которого уполномочили протоколом общего собрания, где присутствовали все незаинтересованные участники.

Евгения Ефименко, Алексей Малаховский

Материал опубликован на портале «Право.Ru» 05.11.2019

ПОДЕЛИТЬСЯ

Кирилл Саськов

Адвокат
Партнер, Руководитель корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD
Кирилл Саськов

Адвокат
Партнер, Руководитель корпоративной и арбитражной практики

Cкачать VCARD

ПРОЕКТЫ