Комментарии в СМИ

Юлия Загинайко, старший юрист корпоративной и арбитражной практики АБ «Качкин и Партнеры» комментирует материал о родстве и осведомленности о финансовых обязательствах.

Окружной суд указал, что наличие родственных отношений без совместного проживания не создает осведомленности о финансовых обязательствах и цели скрыть имущество.

Владимир Поляцкий был признан банкротом. При этом еще до банкротства 10 февраля 2021 года Владимир Поляцкий подарил своему сыну квартиру площадью 82,8 кв. м. Финансовый управляющий оспорил договор дарения как сделку с предпочтением, указав, что она была совершена при наличии признаков неплатежеспособности должника. Суд первой инстанции и апелляционный суд признали сделку недействительной, исходя из родства сторон и безвозмездности. Виктор Поляцкий подал кассационную жалобу в Арбитражный суд Северо-Западного округа, который отменил судебные акты и отказал в удовлетворении заявления ФУ (А56-37503/2023).

Фабула

ООО «Первая Национальная Группа» подало заявление о признании Владимира Поляцкого банкротом. Суд в декабре 2023 года признал Поляцкого банкротом.

Финансовый управляющий оспорил договор дарения квартиры от 10 февраля 2021 года между Владимиром Поляцким (отцом) и Виктором Поляцким (сыном).

Суд первой инстанции и апелляционный суд признали сделку недействительной. Виктор Поляцкий подал кассационную жалобу в Арбитражный суд Северо-Западного округа.

Что решили нижестоящие суды

Суд первой инстанции признал договор дарения недействительным и применил последствия недействительности в виде возврата квартиры в конкурсную массу. Суд исходил из того, что безвозмездное отчуждение единственного имеющегося ликвидного имущества своему родственнику при наличии существенной задолженности было направлено на сокрытие квартиры от кредиторов. Суд применил пункт 2 статьи 61.2 закона о банкротстве.

Апелляционный суд оставил определение суда первой инстанции без изменения, согласившись с выводами о недействительности сделки.

Что решил окружной суд

Арбитражный суд Северо-Западного округа указал, что осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки является одним из совокупных условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 закона о банкротстве. Осведомленность может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности обеих сторон сделки, знания об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При разрешении подобных споров суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие обоснования и доказательств оправданности такого поведения может указывать на недобросовестность такого лица.

Суд отметил, что Виктор Поляцкий последовательно на протяжении всего рассмотрения спора указывал на необходимость принятия во внимание контекста взаимоотношений сторон оспариваемой сделки. Согласно представленной адресной справке, Виктор Поляцкий был зарегистрирован в спорной квартире с 10 октября 2007 года. Владимир Поляцкий с 27 апреля 1999 года был зарегистрирован в другой квартире.

Доказательства совместного проживания и ведения общего хозяйства в спорный период в материалы дела не представлены и такие аргументы финансовый управляющий не приводил. Также отсутствуют доказательства того, что Владимир Поляцкий нес бремя содержания спорной квартиры, а Виктор Поляцкий нес бремя содержания квартиры, где был зарегистрирован Владимир Поляцкий.

Суд подчеркнул, что наличие родственных отношений не является достаточным доказательством того, что Виктор Поляцкий являлся членом семьи должника по смыслу статьи 31 Жилищного кодекса РФ. Само по себе родство лиц, тем более проживающих отдельно, не создает признаков осведомленности у другой стороны сделки не только о финансовых обязательствах одной из сторон, но и о цели этой стороны скрыть имущество от правопритязаний кредиторов.

Финансовый управляющий не выявил фактов, свидетельствующих о финансовой зависимости Виктора Поляцкого от Владимира Поляцкого в спорный период. Виктор Поляцкий представил сведения о снятии с регистрационного учета в сентябре 2007 года, осуществлении трудовой деятельности с марта 2007 года и заключении брака 19 февраля 2021 года, то есть через 9 дней после заключения оспариваемого договора дарения.

Суд признал необоснованным игнорирование судами первой и апелляционной инстанций доводов Виктора Поляцкого о том, что он не был осведомлен о финансовых обязательствах отца и возможном нарушении прав кредиторов, поскольку исходил из того, что договор был заключен в целях юридического оформления фактически сложившихся между отцом и сыном с 2007 года отношений.

Вывод об осведомленности Виктора Поляцкого о наличии у должника признаков неплатежеспособности в силу наличия родственных отношений был сделан в результате неверного применения норм права и без учета опровержения ответчиком презумпции осведомленности. Судами не установлены иные обстоятельства, свидетельствующие об осведомленности ответчика об имущественном положении Владимира Поляцкого на дату заключения договора дарения.

Суд принял во внимание, что после заключения оспариваемого договора Виктор Поляцкий 5 марта 2022 года подарил брату (второму сыну должника) 1/3 доли в праве общей долевой собственности на другую квартиру, в которой брат фактически проживает вместе с должником, а 12 марта 2022 года подарил матери (супруге должника) квартиру площадью 31,5 кв. м. При таких обстоятельствах суд счел обоснованными доводы кассационной жалобы о неверном применении презумпции осведомленности.

Итог

Окружной суд отменил определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, и отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании договора дарения недействительным.

Почему это важно

Это дело — важный индикатор изменения судебной практики в спорах об оспаривании сделок с аффилированными лицами, считает Артем Антонов, партнер практики разрешения споров компании «Меллинг, Войтишкин и Партнеры». В последние годы суды исправляют подход, при котором сам факт аффилированности фактически создавал неопровержимую презумпцию вины ответчика, а любые его доводы воспринимались скептически. Постановление демонстрирует, что теперь оспаривающему сделку лицу недостаточно просто сослаться на родство. Необходимо собрать полный пакет доказательств, который с высокой степенью достоверности подтвердит, что контрагент действительно знал о тяжелом финансовом положении должника или о вредоносной цели сделки. Бремя доказывания злого умысла в полной мере лежит на нападающей стороне, которая не может ограничиваться формальными декларациями.

Юлия Загинайко, Старший юрист корпоративной и арбитражной практики адвокатского бюро Адвокатское бюро «Качкин и Партнеры»:

Именно в этом контексте позиция кассации представляет наибольший интерес: само по себе родство не должно автоматически означать фактическую осведомленность о финансовом положении должника и вредоносном характере сделки. Суду необходимо исследовать реальный характер отношений сторон: совместное проживание, ведение общего хозяйства, финансовую взаимозависимость, участие в делах должника и иные обстоятельства. Раздельное проживание, в свою очередь, также не исключает осведомленность автоматически, а лишь является одним из доказательств.

С этой точки зрения позиция, выраженная в постановлении суда кассационной инстанции, скорее направлена на уточнение стандарта доказывания и правил распределения бремени доказывания в рамках уже сложившегося подхода, полагает Юлия Загинайко. Родство может служить основанием для применения презумпции осведомленности, но не освобождает суд от оценки доказательств, представленных в ее опровержение.

Материал опубликован на сайте «PROбанкротство» 28.08.2026